Le tsar, le poète et le converti. Le rôle de la conversion dans les relations entre le Khanat de Crimée et la Moscovie au XVIIe siècle

  • The Czar, the poet and the convert. The role of conversion in the relations between the Crimean Khanate and Muscovy in the 17th century
  • Царь, стихотворец и новообращенный. Роль обращения в другую веру в отношениях Крымского ханства и Московского государства в XVII веке

p. 43-59

Cet article porte sur les conversions à l’orthodoxie, celles de Tatars de Crimée en Moscovie, et sur les conversions à l’islam, celles des Russes de Moscovie dans le Khanat de Crimée. Comme les convertis sont normalement des captifs, il est difficile de parler d’un choix. La conversion apparaît ici comme la sortie d’une l’impasse, comme la possibilité d’avoir sa chance dans une société étrangère. Dans le cas des Tatars de Crimée, la rapidité de l’intégration résultant de la conversion est impressionnante. Les documents ne reflètent pas les destins individuels. Dans leurs dépositions, les convertis créent et réécrivent leurs propres biographies. Tel est le cas de Kenanko-Grigori – un Tatar, qui, ayant été fait prisonnier, allègue des origines russes et obtient un statut privilégié, y compris l’assistance de Siméon de Polotsk. Il est difficile de prouver dans quelle mesure cette biographie est dictée par les conditions de la conversion. Il faut remarquer que les convertis des deux côtés ne sont pas nombreux : les prisonniers tatars étaient normalement vite échangés contre les prisonniers moscovites, toujours plus nombreux.

This article focuses on conversions to orthodoxy (in the case of Crimean Tatars in Muscovy), and conversions to Islam (in the case of Muscovite Russians in the Crimean Khanate). Converts are usually captives, so that it is difficult to speak of a real choice. The conversion appears here as the possibility of having his chance in a foreign society. In the case of Crimean Tatars, it is impressive to see the rapidity of integration resulting from conversion. The documents do not reflect individual destinies. In their statements, converts rewrite their own biographies. Such is the case of Kenanko-Grigori – a Tatar, who, having been taken prisoner, argued about Russian origins to get a privileged status, including the assistance of Simeon of Polotsk. It is difficult to prove to what extent this biography is dictated by the conditions of conversion. The small number of converted on both sides is to be noted: Tatar prisoners were normally quickly exchanged for prisoners Moscow, always more numerous. As the Muscovites captives, here, the Crimean society (linked to nomadic traditions), showed no a great desire for integration. The majority of them remained Orthodox.

В историографии, за исключением недавних работ Д. В. Сеня, отношения между Крымским ханством и Московским государством рисуются как сугубо враждебные и исключающие всякого рода культурный трансферт. Тем не менее, последний существовал, и не в последнюю очередь благодаря дипломатическим контактам и плену. Пленники из Московского государства, которые провели в Крымском ханстве годы или десятилетия, оказывались обращенными в ислам; пленные татары, оказавшиеся в Московском государстве, часто решались на переход в православие, который сулил им быструю интеграцию в Московскоe общество. И в том, и в другом случае говорить о добровольности обращения не приходится, однако в случае перебежчиков следует принимать во внимание и последнюю возможность. На примере нескольких конкретных случаев, взятых из базы данных о репатриированных пленных, в статье делается попытка установить характер и масштаб этого феномена, который до сих пор остается практически не отраженным в историографии.

Text

Download Facsimile [PDF, 114k]

References

Bibliographical reference

Aleksandr Lavrov, « Le tsar, le poète et le converti. Le rôle de la conversion dans les relations entre le Khanat de Crimée et la Moscovie au XVIIe siècle », Slavica Occitania, 41 | 2015, 43-59.

Electronic reference

Aleksandr Lavrov, « Le tsar, le poète et le converti. Le rôle de la conversion dans les relations entre le Khanat de Crimée et la Moscovie au XVIIe siècle », Slavica Occitania [Online], 41 | 2015, Online since 14 février 2024, connection on 20 juillet 2024. URL : http://interfas.univ-tlse2.fr/slavicaoccitania/1866

Author

Aleksandr Lavrov

By this author