https://interfas.univ-tlse2.fr/slavicaoccitania/3958 Entrées d’index fr 0 https://interfas.univ-tlse2.fr/slavicaoccitania/1662 mar., 02 avril 2019 17:16:47 +0200 mar., 03 juin 2025 17:02:04 +0200 https://interfas.univ-tlse2.fr/slavicaoccitania/1662 https://interfas.univ-tlse2.fr/slavicaoccitania/1812 L’article porte sur les relations entre le formalisme russe et le structuralisme russe-soviétique (l’École de Tartu-Moscou). S’agissant des rapports entre les doctrines formaliste et structuraliste, il serait erroné d’y voir des relations de simple succession ou de filiation paisible. Le structuralisme russe-soviétique s’est constitué en grande partie sur la base du rejet de certaines conceptualisations formalists : en effet, les deux projets semblent être différents. En particulier, cette étude cherche à montrer des corrélations entre, d’un côté, des notions générales du formalisme et, de l’autre côté, diverses déformations que ces concepts subissent dans les Cours sur la poétique structurale de Youri Lotman. En effet, ce livre, conçu comme un manifeste d’une nouvelle approche de la structure du texte littéraire, comporte certaines révisions conceptuelles des positions formalists ; il a en outre l’ambition de les dépasser. Ainsi, la tendance à nier tous les prédécesseurs « canonisée » par le formalisme, reste caractéristique pour d’autres générations des chercheurs. The article illustrates the explicit and implicit correlations between general notions of Russian formalism and its latest subversions in Lectures on Structuralist Poetics by Yuri Lotman. Declared as a manifesto of new approaches to literary structure (above all, verse), Lotman’s work contains a lot of conceptual revisions of formalism, at the same time presenting itself as its successful overcoming. The strong demand to negate all predecessors was canonized by the formalists themselves and, as it is seen in Lotman’s arguments, remained actual for further philological generations. В статье анализируются отношения между русским формализмом и структурализмом Тартуско-московской семиотической школы. Было бы ошибочно рассматривать отношения между формалистическим и структуралистским подходами как некую гармоничную преемственность. Напротив, представляется, что советский структурализм во многом сформировался, исходя из критики ряда формалистических положений. В частности, существуют некоторые корреляции между общими положениями формализма и их поздней трансформацией в лотмановских Лекциях по структуральной поэтике. Действительно, эта книга, задуманная как манифест нового подхода к структуре литературного текста, представляет собой ревизию и попытку усовершенствования ряда важных формалилистических понятий. Таким образом, канонизированная формализмом тенденция к отрицанию всех предшественников остается актуальной для последующих поколений исследователей mar., 09 avril 2019 09:23:54 +0200 sam., 15 juil. 2023 08:50:12 +0200 https://interfas.univ-tlse2.fr/slavicaoccitania/1812 https://interfas.univ-tlse2.fr/slavicaoccitania/1721 Cet article traite de la période comprise entre les années 1970-1980, quand les sémioticiens associés à l’École sémiotique de Tartu-Moscou montrèrent un intérêt particulier pour le sujet important du moment, celui de la fonction de l’asymétrie du cerveau humain en tant que possible base neurophysiologique de la pensée et de la conscience. Dans l’article sont étudiées leurs plus importantes publications sur ce sujet et leur position de recherche d’un point de vue historique. Les sémioticiens soviétiques produisirent un certain nombre d’articles et de livres où ils analysaient des phénomènes culturels, linguistiques ou encore sémiotiques et se basaient sur les études neurologiques de la structure du cerveau humain. L’opinion de Youri Lotman sur ce sujet était plutôt partagée : d’une part, l’étude de l’asymétrie cérébrale coïncidait avec son postulat selon lequel tout message ayant un sens ne peut être produit qu’à l’intersection d’au moins deux langages ; mais d’autre part, et de façon assez étrange, cette période correspond à celle où Lotman formula le concept de sémiosphère, qui défie essentiellement les approches naturaliste(s), déterministe(s) et phrénologique(s) de la culture. The paper examines the period of the 1970-80s, when the semioticians associated with the Tartu-Moscow semiotic school took great interest in the then-hot topic of the functional asymmetry of the human brain as a possible neurophysiological basis of thought and consciousness. Soviet semioticians produced a number of articles and books, analysing cultural, linguistic and other semiotic phenomena, based on neurological studies of the structure of the human brain. Yuri Lotman’s attention to this problem was quite ambivalent; on the one hand, the study of brain asymmetry coincided with his postulate that any meaningful message can only be produced at the intersection of at least two languages, but on the other hand, and peculiarly enough, it was during this period that Lotman coined the concept of semiosphere, which essentially defies naturalistic, deterministic, and phrenological approaches of culture. В статье рассматривается период конца 1970-х – начала 1980-х годов, когда многие ученые Тартуско-московской школы активно исследовали функциональную асимметрию мозга как вероятную нейрофизиологическую основу сознания и мыслительных процессов. В статье в исторической перспективе анализируется ряд статей и книг этого периода, авторы которых исследовали культурные, языковые и прочие семиотические феномены, опираясь на исследования структуры головного мозга. Отношение Ю.М. Лотмана к этой проблеме было амбивалентным: с одной стороны, многие выводы исследований асимметрии мозга совпадали с его постулатом о том, что любое осмысленное сообщение может быть результатом только как минимум двух языков, но с другой стороны, именно в этот же период Лотман создает концепцию семиосферы, которая в принципе отвергает натуралистические, детерминистские и френологические теории культуры. mar., 02 avril 2019 17:20:54 +0200 sam., 15 juil. 2023 08:11:03 +0200 https://interfas.univ-tlse2.fr/slavicaoccitania/1721