https://interfas.univ-tlse2.fr/slavicaoccitania/1666 Entrées d’index fr 0 https://interfas.univ-tlse2.fr/slavicaoccitania/1853 La métaphore « guerrière » dans les travaux de Lotman écrits durant les dernières années de sa vie – plus précisément, son opposition entre « l’arrière » [tyl] et « la première ligne » [peredovaja] – permet à l’auteur de l’article d’aborder la question des tendances du développement des recherches structurales et sémiotiques. Sans mettre un signe d’égalité entre l’École sémiotique de Moscou-Tartu et son représentant le plus éminent, l’auteur, en même temps, ne les sépare pas à la façon des critiques modernes qui considèrent la finesse [čutkost’] post-structuraliste de Lotman comme une victoire [preodolenie] sur le dogmatisme structuraliste de l’École. En évitant les jugements simplistes, l’article analyse comment apparaissent dans l’œuvre de Lotman de nouveaux problems : la problématique du multilinguisme, la dynamique culturelle, l’ouverture de la sémiose dans l’espace et dans le temps. D’après l’auteur, la démarche conceptuelle la plus intéressante et la plus importante d’un point de vue philosophique consiste dans la façon dont Lotman traite le problème de la traduction, ainsi que dans ses interprétations de l’incompréhension et de l’intraduisible. Il s’agit pour lui non pas d’obstacles à la connaissance, mais de sources de nouveaux sens culturels. Analysing “military” metaphors in the works of Lotman written during the last years of his life and, in particular, his opposition between the “rear” and the “front line”, the author of this article moves on to the question about the development of structural and semiotic studies. Without likening the Moscow-Tartu semiotic school to its most renowned representative, the author does not separate them either, unlike modern critics who consider the post-structuralist “finesse” [čutkost’] of Lotman in his last years as an overcoming of structuralist dogmatism of this school. Avoiding simplistic judgments, the author shows Lotman’s work developed new (even though Lotman attributed them to the Moscow-Tartu school) problems such as multilingualism, cultural dynamics, openness of semiosis in space and time. According to the author, the most interesting and important (from a philosophical point of view) conceptual step consists in Lotman’s interpretation of the problem of translation, and that of incomprehension and untranslatability: rather than as obstacles for cognition, he considered them as sources of new cultural meanings. Через «военную» метафору позднего Лотмана, противопоставлявшего «тыл» и «передовую», автор статьи переходит к вопросу о тенденциях развития структурных и семиотических исследований. При этом он не отождествляет Московско-тартускую семиотическую школу и ее самого яркого представителя, но и не разрывает их, как это делают те современные критики, для которых постструктуралистская чуткость позднего Лотмана выступает как преодоление структуралистского догматизма Школы. Уходя от черно-белых оценок, автор показывает развертывание в творчестве Лотмана новых (хотя и приписываемых им Школе в целом) проблем – многоязычия, культурной динамики, открытости семиозиса в пространстве и времени. Наиболее интересный и философски значимый концептуальный ход автор видит в лотмановской трактовке проблемы перевода, а также в лотмановской интерпретации непонимания и непереводимости – не как препятствий к познанию, но как источников новых культурных смыслов. mar., 09 avril 2019 09:25:59 +0200 sam., 15 juil. 2023 09:08:07 +0200 https://interfas.univ-tlse2.fr/slavicaoccitania/1853 https://interfas.univ-tlse2.fr/slavicaoccitania/1663 Dans l’article sont distinguées plusieurs particularités de l’École sémiotique de Moscou-Tartu, entre autres : l’aspiration de ses protagonistes à l’exactitude et à la rigueur dans leurs recherches ; leur désir de se débarrasser du subjectivisme propre aux sciences humaines ; leur intérêt pour la sémiotique de la culture ; le renoncement à toutes les évaluations de caractère idéologique, ainsi que l’absence d’intérêt pour la sémiotique vue comme une branche autonome. Pour les représentants de l’École de Moscou-Tartu, la sémiotique était, plutôt qu’un domaine particulier du savoir avec son axiomatique et sa méthodologie, une clé qui déterminait leur approche des phénomènes les plus divers de la culture humaine et qui permettait de voir des ressemblances entre eux. The article emphasizes several features of the Moscow-Tartu semiotic school, in particular: the desire of its protagonists to use exact methods in their work and to dispose of the subjectivism which usually characterises humanities; their interest in the semiotics of culture and the renunciation of any ideologically marked evaluations; their lack of interest in semiotics considered as an autonomous branch. For the representatives of the Moscow-Tartu semiotic school, semiotics was not a field of knowledge with its own axiomatics and methodology, but rather a key determining their approach to the study of most various phenomena of human culture and allowing to find similarities between them. В статье выделяется ряд особенностей, харатеризующих Московско-тартускую семиотическую школу, а именно: стремление ее протагонистов к использованию в своих исследованиях точных методов; их желание избавиться от присущего гуманитарным наукам субъективизма; интерес к семиотике культуры; отказ от идеологических оценок любого рода, а также отсутствие интереса к семиотике «как таковой». Для представителей Московско-тартуской семиотической школы семиотика была скорее не особой областью знания со специфической аксиоматикой и методологией, но ключом, определявшим их подход к изучению самых разных явлений человеческой культуры и позволявшим находить сходства между изучаемыми объектами и явлениями. mar., 02 avril 2019 17:17:31 +0200 sam., 15 juil. 2023 08:06:06 +0200 https://interfas.univ-tlse2.fr/slavicaoccitania/1663